Илья Сегалович

Илья Сегалович

1964 — 2013

Основатель и директор по технологиям Яндекса, создатель первой версии поисковика и автор слова Yandex, эрудит и гражданин с активной жизненной позицией, один из организаторов реабилитационного художественного центра «Дети Марии», отец пятерых детей.


Мы собираем воспоминания об Илье для публикации на этой странице.


* * *

* * *

С Марией я познакомилась «по долгу службы», когда была председателем благотворительного комитета PricewaterhouseCoopers. Мария меня поразила своей хрупкостью и иконописной красотой — и внутренней спокойной силой, а еще тем, что она делала каждый день для детей из детских домов.

Я долго рассказывала своим знакомым о том, с каким человеком я встретилась, какое прекрасное дело делает Мария и как ей можно помочь. Мы помогали по возможности, но оказать реальную помощь волонтерской работой, к сожалению, не получилось так, как задумывали.

Я только сейчас, узнав о смерти Ильи, наконец совместила фигуру ее спокойного, даже чуть стеснительного мужа.

Мои слова сочувствия и соболезнования обращены к Марии: Маша, дай Вам Бог сил и терпения вынести это горе и продолжать жить, распространяя вокруг спокойную уверенность в том, что на земле больше хороших людей.

Людмила Мамет

* * *

Мне известна его гражданская позиция, достойная и уважения и восхищения... Сожаление, что не посчастливилось мне общаться с умным и очень правильным Человеком, долго будет преследовать меня...

Сегодня на слуху реплики, замечания, ответы на вопросы, которые сохранили родные, близко знавшие его друзья, просто знакомые. А ведь это — фейерверк блестящий, афористичный, искрометный. Талантливый человек — талантлив во всём...

Меня как геолога со стажем, перевалившим за половину столетия, привела в восторг фантастически точная и удивительно простая реплика Ильи: «Поиск данных и поиск ископаемых безумно близки».

Готовлю к изданию публикацию, которая, собственно, и посвящена поиску полезных ископаемых и поиску данных. Вот и есть у меня идеальный эпиграф... Пусть это будет и моим скромным даром светлой памяти о воистину Мудром Человеке — Илье Сегаловиче.

Михаил Трохименко

* * *

Илья запомнился как Человек, который делает праздник, где бы он ни появлялся. На корпоративных вечеринках или поездках в детский дом я знала: Илья с нами, значит будет интересно и весело. Он сделал мир вокруг себя лучше. Талантливый во всем, добрый, обаятельный... так грустно, что теперь надо добавлять «был».

Спасибо ему за все!

Ирина Бахметьева, Яндекс

* * *

Стукнуло 20 лет и я подумал: «Как так — столько слышал о Яндексе и ни разу у них не был. Так еще и IT-проектом занимаюсь». Сходил на открытую лекцию и... был поражен этому человеку — такой жизнерадостный, как умеет заражать всех вокруг и при всем этом скромный.

Хорошим примером был его ответ на один из вопросов из аудитории:
— А как вы относитесь к новым проектам и идеям? Были ли случаи, когда вы отказывали сразу?
— За все время, сколько работаю, — не припоминаю. Всегда говорю: «Классный проект! Взлетит, должен взлететь!»

Гении так и уходят, неожиданно.

Дима Логинов

* * *

Я написал о мелкой баге в поиске на соответствующую рассылку, ребята что-то ответили, уточнили у меня, в итоге пишут, что бага скоро исчезнет, когда будет добавлено соответствующее расширение, а Илья тут же пишет в ответ: «Вообще-то я, помнится, сам вбивал -ие/-ье в какие-то (почти все какие надо) парадигмы (и списки окончаний) в нашей морфологии. Вы уверены, что морфологическое расширение — это не „расширение“? Илья».

Мелочь в общем-то, незначительный рабочий момент, но меня тогда поразило, что он сам вникает даже в такие мелкие баги и все помнит, а сейчас я понимаю, что в этом был весь он — потрясающий эксперт, профессионал высочайшего уровня, который, несмотря на огромный объем работы, был всегда готов вникать в любые мельчайшие детали и придавать им значение — настолько, что даже на такую мелкую багу незамедлительно среагировал сам.

А бага касалась последнего стихотворения Есенина «До свиданья, друг мой, до свиданья». Может быть, поэтому мне так вспоминается именно этот эпизод.

Александр Гаврилин, Яндекс

* * *

Мы дружили с Илюшей со школы, четыре года сидели за одной партой. А потом вместе делали Яндекс. Сегодня ночью его не стало. Все случилось слишком быстро и неожиданно.

Последний раз он выступал перед нашими cтамбульскими ребятами в прошлый четверг. Он вышел и сказал: «Здравствуйте, меня зовут Илья». Все засмеялись, и он рассказал про поисковую платформу «Острова».

Не знаю, чем можно заменить его энциклопедичность в технологиях и чистое видение продукта. Но он оставил за собой целое новое поколение программистов, целую школу. А его этические стандарты задали уровень всем нам.

Аркадий Волож, 25 июля 2013

* * *

Я познакомился с Ильей Сегаловичем на RuSSIR 2010 в Воронеже. Он с группой яндексоидов приехал на последний день или два. Это был улыбчивый человек в джинсах, кедах и толстовке. Меня удивила его простота и открытость в общении. А на вечеринке по случаю закрытия летней школы по поиску Илья весело вытанцовывал вместе со студентами под какую-то модную тогда песенку с венгерскими нотками. У него здорово и лихо получалось.

После общения с таким веселым, умным, профессиональным и абсолютно не «бронзовым» человеком, как Илья, закипала энергия и хотелось сделать что-то классное, что-то интересное, что-то под стать его уровню.

Александр Затворницкий

* * *

Я экс-сотрудник Яндекса. Хотя бывших яндексоидов и не бывает. И вместе с вами я плачу и вспоминаю об Илье. Я очень рада, что мне удалось пообщаться и немного поработать с таким прекрасным, умным и добрым человеком.

Помню первую с ним встречу. Мы сидели в маленькой переговорке на 4 этаже и обсуждали что-то важное. Но с Ильей нельзя было долго говорить серьезно. Он начал качаться на стуле и наматывать на шею разноцветные декоративные веревочки, развешенные вдоль стены. А в другой раз сказал, что он не может смотреть презентацию, пока не разместит все иконки рабочего стола на моем ноутбуке в правильном порядке, т.к. его это отвлекает. Улыбаюсь сквозь слёзы...

Он был потрясающий. И еще ему было не все равно. Не все равно, что происходит в стране и он предлагал варианты проведения честных выборов. Он очень болел за нашу науку и переживал за молодых ученых, хотел сделать так, чтобы им хотелось заниматься наукой. А сколько он сделал для поддержки детей-сирот! Меня потрясает его мужество. Даже когда он уже болел, он продолжал заряжать остальных позитивом и своей доброй энергией.

Когда не знаешь, этично ли ты поступаешь, то всегда можно подумать: а что бы сделал/сказал в этом случае Сегалович? Он пример того, как можно жить, думать, любить, общаться, работать и как не испортиться от денег и известности. Как быть «totally uncool» и не только смеяться в лицо лицемерам, эгоистам и ворам, но и бороться с ними. Я не представляю, как человек мог быть так красив внешне и так прекрасен внутренне. Мы плачем, потому что мы боимся забыть, что такие люди бывают.

А еще я помню это странное ощущение. На встречах с Ильей все в комнате были словно старше его. У него были десятки неожиданных крутых идей. И окружающие приземляли его, говорили о сроках, бюджетах, ресурсах. И чувствовали себя на свои 150 лет. А он говорил о людях, вдохновении, успехах, полете к новым звездам. На сколько лет чувствовал себя он?

Дарья Богомолова

* * *

От имени сотрудников ВЦ РАН, пересекавшихся с Ильёй, когда он обитал в нашем здании на антресолях в зале, где раньше стояла БЭСМ6, выражаю глубокое соболезнование родным, близким и сотрудникам Яндекса в связи с его безвременной кончиной...

Наш научный коллектив давно хотел представить Илье результаты наших разработок для возможного использования в Яндексе, да всё откладывали — до публикации, до обсуждения на семинарах, до решения набора практических задач. Но не сложилось. Кто ж знал... Очень жаль...

Александр Васильевич Тюленев, ВЦ РАН

* * *

Периодически сталкивались с Ильёй в коридорах Яндекса, кафе Лебедева и на мероприятиях. «Привет, Илья», — пожалуй, максимум, что я ему говорила.

Так и помню картину: Илья стоит, прислонившись к стене, вокруг него энное количество «яндексоидов», которым он бурно что-то рассказывает. В его взгляде, речи и поведении были такие открытость и теплота, что хотелось подойти и поделиться чем-то своим, спросить совета.

Но так и не осмелилась, останавливала себя — слишком занятой, да и птица не моего полёта. Однако сама возможность когда-нибудь так сделать грела неимоверно, и, пусть я давно не в Яндексе, это всё равно было возможно. А теперь нет. Теперь не получится даже произнести то простое: «Привет, Илья».

So sad.

Марина Герваси, ранее сотрудница Яндекса

* * *

Я видел Илью только два раза в жизни. Ровно две недели назад в рамках Tolstoy Summer Camp я сидел на лекции в первом ряду и слушал о его стремлениях и планах. Кто-то задал вопрос: «А почему дизайн у сервисов Яндекса не единый?» Илья ответил: «Ой, да. Пожалуйста, не говорите — это то, из-за чего у меня самого болит сердце, и мы скоро это исправим».

Илья очень ярко рассказывал об Островах и говорил, как он ждет их появления. Я сидел прямо перед ним и смотрел как он крутил в своих руках зубочистку. Он несколько раз смотрел прямо на меня, рассказывая что-то. После выступления я подошел к нему, желая задать хоть какой-то вопрос, чтобы услышать что-то от такого человека, как он, лично мне. Была очередь и организаторы торопили его. Я стоял в метре он него и хотел сказать что-то, перебив кого-то, а он смотрел на меня и улыбался, будто говоря: «Ну, парень?! Давай, скажи!» Я так и не сказал.

На следующий день я опоздал — места были только в конце. Я сел на предпоследний ряд. Случайно обернувшись, я увидел, что на последнем ряду сидит Илья Сегалович. Я посмотрел на него, и он точно так же улыбнулся, будто говоря «ты что-то хотел?». Я понял, что у меня может больше не быть шанса с ним поговорить. Я встал, обошел ряд и сел рядом с ним. Меня всего трясло — я безумно волновался. Я рассказал ему что-то о себе, запинаясь, и попросил совета и помощи. Он сказал написать ему в Фейсбуке. Я поблагодарил его, встал и опять сел перед ним. Меня все еще трясло и я вбивал в Яндексе «Илья Сегалович facebook». Потом я еще развернулся к нему с телефоном и сказал, что я смогу написать сообщение и что добавил его в друзья. Он сказал «хорошо».

Потом Илья рассказывал о том, как он уехал в Москву поступать, и не поступил в МГУ. Это было мне невероятно близко, я чувствовал сильную симпатию к человеку, которого я видел второй раз в своей жизни.

Самат Давлетшин, Tolstoy Summer Camp

* * *

В памяти вспыхивают отдельные эпизоды.

Приглашение в Яндекс. Неожиданное письмо от Ильи, предложение встретиться. На встречу я шел, понимая, что про меня ничего не знают и что будет типичное собеседование. Но нет. Мы сидели в кафе, и Илья захватывающе говорил о будущем. О том, что можно и нужно сделать в Яндексе. Спрашивал меня, слушал, подхватывал, развивал мысль, перескакивал на другую тему. Крайне неохотно, ненадолго, как терпят неприятное лекарство, терпел мои попытки исполнить формальную часть рассказом о себе. Его не интересовало прошлое. И настоящее не интересовало. Он был весь в будущем.

Аэропорт. Мы вместе летим в командировку. Илья, как всегда, постоянно смотрит в телефон. И вдруг он вспыхивает, восторгается, восхищается — он просто не может не поделиться переполняющей его радостью: ему только что прислали ссылку на русский перевод стихотворения Пабло Неруды «Лимон». И такое впечатление, что Илья просто уверен, что все вокруг, конечно же знают это стихотворение и поймут его эмоции. Илья читает вслух, смакуя каждую строчку, каждое слово, периодически спрашивая: «Как тебе, а?»

Илья рассказывает в МГУ про поиск. Слушать рассказ Ильи — это отдельное удовольствие. Мало того что он наикрутейший специалист, он и оратор от Бога. Даже не оратор, а, скорее, рассказчик и немного артист. И вдруг Илья обращается ко мне: «Саша, я правильно говорю? Скажи, ведь так?» Он немного стеснялся. Свободно, легко и красиво выступая перед аудиторией, он немного стеснялся. Он всегда немного стеснялся, чуточку смущался и нуждался в поддержке. Может, конечно, такое у многих, но немногие могут быть искренними.

Твит Ильи: «Когда я умру, напишите на камне, пожалуйста: „Он уговорил Свету добавить овощи на кофепойнтах“». Он показывал этот твит коллегам и был им доволен почти так же, как и самим появлением овощей на кофепойнтах в Яндексе.

Как-то, рассказывая кому то про Илью, я сказал: «Это лучший человек, которого я встречал в своей жизни». Я уверен, что так думали и говорили очень многие. Это было при жизни Ильи. Это будет и теперь.

Александр Крайнов, Яндекс

* * *

На конференции РИТ 2011 меня познакомили с Ильей.

Это было в коридоре возле различных баннеров и плакатов. Меня поразило, как Илья выглядел, так как я себе представлял совершенно другого человека: в костюме и довольно заносчивого, в соответствии с рангом. Но это был совершенно обычный человек, за исключением очень добродушного лица и улыбки. Одетый в толстовку и джинсы. Оказывается, я проходил возле него днем раз 10, не меньше. Я был поражен скромностью Ильи.

Во время разговора о возможном совместном проекте Илья задал кучу вопросов, особенно мне запомнился: «Предоставляем ли мы в своем сервисе 2FA?». В итоге за пять минут он разрушил проект в пух и прах!

В конце дня мы пересеклись опять, Илья сказал, что, если я не против, мы можем пройтись до его машины и обсудить проект. Я, конечно, был не против. Оказывается, его не пустили, так как не было пропуска на стоянку возле корпусов, и мы шли до его машины около полутора километров. Илья делился идеями, как и что необходимо сделать, что-то подсказывал.

Это непередаваемое ощущения увлечения за собой, за проектами, как горят глаза и разум наполняется идеями — все невозможное возможно. Я же в это время искал глазами либо джип, либо мерседес, который с водителем бы ждал Илью. Но, к моему глубочайшему удивлению, это был Saab-универсал года так 2003. Мы попрощались, но у меня остались незабываемые и очень яркие и положительные впечатления от общения с Ильей.

Это был человек необычайной скромности и душевной свободы. Хоть мы общались совсем немного, но переживаю, как за очень близкого мне человека.

На него хочется равняться и быть похожим.

Валентин Попов

* * *

Мы с Ильёй познакомились, когда они с Машей жили в Железнодорожном на съёмной квартире, и у них родилась их «бэбка» (Маша так её называла). Илья на мне тестировал значки своего поисковика, что-то мы вместе с ним рисовали. Я в то время занимался графическим дизайном и наружной рекламой. Лихое было время...

Сергей Соколов

* * *

Очень сложно положить на бумагу все мысли и эмоции, которые вызывает имя Ильи Сегаловича. Очень ярко в памяти возникают два образа, две фразы.

«Все люди — хорошие». На заре Яндекса именно этот принцип Ильи был положен в основу работы компании — как в отношениях между сотрудниками, так и в работе сервисов. Доброта и открытость Ильи, как через увеличительное стекло, отразилась и на всем ставшем очень большим Яндексе.

Однажды мы ехали с Ильей в машине, слушая бразильский джаз, обсуждали личные вопросы. Это было довольно тяжелое время — 1999 год. И в разговоре промелькнула реплика Ильи о том, что все его личные поступления на год вперед расписаны для «Детей Марии». Илья был не отвлеченно добрым, а активно добрым человеком. Он старался изменить мир, помочь и делал это изо всех сил.

Илья, свет, который ты излучал, отражается в душах очень многих людей. Ты будешь всегда с нами.

Вадим Богданов

* * *

Я с ним познакомился двенадцать лет назад. Ему было 36, он был техническим директором одной из самых известных фирм России, а я был студентом, и мне было двадцать, и он почти сразу же, спускаясь в метро после одного из первых семинаров Центра лингвистической документации, заговорил со мной на «ты». Рассказывал про выдачу Яндекса, про то, что кто-то умело поставил гиперссылку так, что на запрос «жопа» выдавался первой ссылкой официальный сайт А.Г. Лукашенко. Про отца, который занимался движением тектонических плит, когда это была «буржуазная лженаука», а потом произошла научная революция. Он очень гордился своим отцом, которого брали на самые престижные американские геологические конференции.

Это один из самых сильных умов, с каким был я знаком. Мощный мозг, и при этом ничего демонического. Он моментально вычислял сложности, сроки, распределял этапы работы на «итерации», анализировал политические новости и т. п.

Мы тогда начинали делать Корпус, и исключительно личная, политическая воля Сегаловича — решающая причина того, что он есть. Илья очень подробно всё обсуждал, с интересом участвовал во всех семинарах. Они происходили в Яндексе. «У нас нет цербера на входе — а есть девушка, которая предлагает всем булочки». Маленькая переговорная вроде студенческой забегаловки, всё запросто. Это их первый офис, на Вавилова. Как-то я пришёл в выходные, там было заперто, я позвонил на мобильник: «У меня Яндекс не открывается».

Потом всячески поддерживал и рекламировал в блогах, «хабрах» и прочих айтишных местах новое начинание. Никто не понимал, зачем Яндексу это нужно. Тогда мы начали снятие омонимии. Не было никаких грантов, программ и т. п. И интерес был неослабевающим все эти годы, и помощь колоссальна.

Про его общественную деятельность все знают. Помню сияющую фотографию вместе с женой, стоявшую у компьютера во всех офисах — и на Вавилова, и на Яузе, и на Льва Толстого.

Пусть он здесь, в посте, будет таким — на мгновение задумавшимся во время обсуждения.

Дмитрий Сичинава, Институт русского языка РАН

* * *

Илья — самый обаятельный и невозможно скромный пациент за все годы моей практики.

Илья опаздывает на прием и всегда смущенно извиняется, прижимая руку к груди и обезоруживающе улыбаясь, так, что я от этого смущаюсь еще больше него. Именно эти неловкие минуты и всплывают передо мной, когда думаю об Илье.

Скорблю и соболезную всем близким, дорогим и любимым Ильи.

Сурен С. Маилян, врач-стоматолог

* * *

Мы дружили с Илюшей со школы, четыре года сидели за одной партой. А потом вместе делали Яндекс. Сегодня ночью его не стало. Все случилось слишком быстро и неожиданно.

Последний раз он выступал перед нашими cтамбульскими ребятами в прошлый четверг. Он вышел и сказал: «Здравствуйте, меня зовут Илья». Все засмеялись, и он рассказал про поисковую платформу «Острова».

Не знаю, чем можно заменить его энциклопедичность в технологиях и чистое видение продукта. Но он оставил за собой целое новое поколение программистов, целую школу. А его этические стандарты задали уровень всем нам.

Аркадий Волож, 25 июля 2013

* * *

Мне повезло. Наши жизни пересекались во многих сферах до того, как мы стали вместе работать: дети учились в одном классе, было участие в конференциях, общие друзья. Но, конечно, когда Илья позвал меня и моих друзей работать в Яндекс и помог преодолеть массу технических сложностей, чтобы наш переход состоялся, для меня началась другая жизнь.

Илья жил работой, Яндексом, и, благодаря его страсти, азарту, харизме было невозможно просто работать. Все старались соответствовать, начинали этим жить. И это не форма речи: совершенно естественно было в перерыве и даже во время рабочего совещания вдруг начать обсуждать детские школьные проблемы или на даче на дне рождения или в антракте в театре неожиданно заспорить о важности отдельных поисковых факторов или правильном алгоритме новостной кластеризации. Не только невозможно было сказать, где заканчивается работа и начинается жизнь (наверное, потому что она никогда не заканчивалась), но благодаря Илье работа наполнялась жизнью. Так ярко, страстно, азартно он ей отдавался.

Илюшина деятельность, направленная на то, чтобы у нас были честные выборы, была продиктована его личным стремлением к справедливости, но тоже носила профессиональный, рабочий оттенок: он предлагал технические решения — алгоритмы, приложения, которые позволят легко, точно и беспристрастно следить за выборами и подсчитывать результаты. Он был предельно конструктивно настроен всегда. И на работе, и в жизни он был готов предложить решение, улучшение и лично принять участие в его реализации.

Когда на одном из митингов за честные выборы к нам подошел молодой человек и предложил подписать обращение против грабительских тарифов ЖКХ, Илья отказался, сказав, что не знает детально, какими должны быть тарифы, в чем проблема и как ее надо решать. При всей его страстности и эмоциональности в Илье всегда бодрствовал специалист, профессионал. Зато когда Илья был в чем-то уверен, он не боялся быть слишком убедительным. Однажды мне пришлось доставать из мусорного ведра свою «Нокию» после того, как Илья наглядно объяснил мне, что я недостаточно думаю о развитии новостей и поиска для смартфонов и тач-устройств, потому что сам пользуюсь устаревшим кнопочным телефоном.

Мне повезло: я довольно много общался с Ильей и по работе, и не только. При этом этого общения не могло быть много: если Илья звал поехать вместе на конференцию, выступить на круглом столе, помочь на переговорах в командировке, просто звал с детьми на дачу — отказать было невозможно, и не хотелось. Отдельная удача — это возможность поговорить в дороге (в машине или в самолете), когда ничто и никто не отвлекает. Ради этого не жалко было, например, доплатить за бизнес-класс и остаться без четырех часов ночного сна от Москвы до Цюриха.

Про Илюшу можно говорить самые разные замечательные слова, и они будут правдой. Но для меня основное в нем — это любовь. Любовь к работе, ко всему, чем он занимался, любовь к людям, с которыми он работал. Любовь, для меня парадоксальная и необъяснимая, к тем и к тому, что с ним спорило, воевало, было не согласно, что он был готов исправить, чему готов был помочь стать лучше.

Илья и его жена Маша — очень красивые люди, у них очень красивые дети, человеку со стороны, который оказывался в их семье, было удивительно, насколько там все проникнуто любовью, насколько это мощная движущая сила, она ощущалась почти физически. Так же явственно ее можно было почувствовать на публичных его выступлениях, на больших презентациях в Яндексе, на маленьких рабочих совещаниях. Его любили очень многие, и те, кто знал его давно и хорошо, и те, кто сталкивался с ним совсем мало. Моя семилетняя работа в Яндексе, самое счастливое и содержательное время в моей профессиональной жизни, стала возможна благодаря Сегаловичу и с ним неразрывно была связана. Я необъективен, нерепрезентативен, могу ошибаться. Но я уверен, что Илюше удалось сделать из Яндекса корпорацию любви. Любовь к работе, к тому, чем занимаешься, любовь к тем, с кем работаешь, любовь пользователей как основная цель, как основной критерий оценки продуктов и сервисов — в этом феномен Яндекса, феномен Сегаловича.

Яндексу тяжело будет дальше без сердца. Но Илья оставил рецепт успеха и большой заряд энергии и любви. Всем надо стараться соответствовать.

Лев Гершензон

* * *

Во время одной из командировок в московский офис я пришел на четвертый этаж, туда, где находился отдел качества поиска, и занял не глядя маленький стол в уголке. Стол оказался необычным: у него был электрический привод, позволяющий регулировать высоту, и имелась резиновая столешница. В общем, было очевидно, что его владелец отличается оригинальностью. Через два часа появляется Илья. Здороваемся, кратко обсуждаем ситуацию с моим тогдашним проектом, думаем, что можно сделать, и он куда-то уходит. Я продолжаю работать. Затем он возвращается через два часа и проходит мимо. Я краем глаза замечаю то, как он задерживает взгляд на мне и столе, за которым я стоял. Я был в замешательстве: «Что это значит?» Оказалось, что я занял его стол. Как только я осознал, я извинился и сказал ему, что я сейчас же ухожу и освобождаю его рабочее место. На что он начал сильно возражать и сказал, что я могу работать здесь столько, сколько нужно, и что стол ему не нужен. Так повторилось трижды: Илья проходил мимо, а я предлагал ему освободить стол. Что за странный диалог у меня был с основателем компании: я хочу его пустить за его рабочее место, а он не хочет!

Этот случай отложился в моей памяти на всю жизнь. Я никогда не видел раньше, чтобы люди, имеющие такие состояния, были настолько этически зрелыми. Огромная удача нашего времени в том, что нам представилась возможность общаться с Ильей, это сделало нас всех морально лучше и сильнее. Удачи тебе на небесах, дорогой коллега.

Александр Сибиряков, Яндекс

* * *

Илья в институте был ГЕНИЙ, абсолютный авторитет в области науки, на порядок выше других и не имеющих себе равных. При этом сам он таковым себя не считал и всегда с искренним удовольствием отмечал положительные качества других.

Илья — прекрасный парень и образец человеческой порядочности при любых обстоятельствах!

Мы гордимся им! Благодарю удачу и случай за возможность учиться рядом и (тогда не оцененную) радость каждодневного общения с ним.

Скорбим об утрате такого ЧЕЛОВЕКА и гения. Земля тебе пухом, Илья Валентинович!

Павел Дубчак, МГРИ РФ-81-1

* * *

Знал Илью очень немного и недолго. К скорби родных и близких, к скорби Яндекса добавлю свою: Илья только-только стал независимым членом Совета «Династии»...

Борис Зимин

* * *

С Ильей Сегаловичем мне довелось встретиться, к сожалению, только один раз. Но я хорошо помню эту встречу. Это было в октябре 2005-го. Тогда в Ярославском Демидовском университете проходила конференция, посвященная информационным технологиям, и я приехала снимать об этом новостной сюжет для Городского телеканала. Когда спросила сотрудников университета, кого бы мне записать покреативнее, мне показали на Илью и очень уважительно сказали: «А вот это основатель Яндекса».

Отец-основатель знаменитого интернет-поисковика был совсем не похож на обычных участников конференции — без солидного костюма и строгого галстука, в скромных джинсах и с рюкзачком за плечами. А еще — с очень доброй и открытой улыбкой. Безо всяких понтов и экивоков сразу согласился побеседовать на камеру. Мы поговорили тогда о том, куда будет дальше развиваться интернет, какие направления будут особенно актуальны в ближайшее время. Меня как журналиста-телевизионщика особенно заинтересовало его предсказание, что телевидение все больше будет уходить в Сеть и со временем станет интерактивным. Увы, наш новостной сюжет ограничен короткими временными рамками и сохранилась лишь маленькая часть того интервью. Но мне было очень интересно слушать этого человека. По своей работе я общаюсь с огромным количеством разных людей и некоторых, увы, случается такое, что и не помню. А этот собеседник был интересен и запомнился.

Нина Свечникова, Ярославль