Илья Сегалович

Илья Сегалович

1964 — 2013

Основатель и директор по технологиям Яндекса, создатель первой версии поисковика и автор слова Yandex, эрудит и гражданин с активной жизненной позицией, один из организаторов реабилитационного художественного центра «Дети Марии», отец пятерых детей.


Мы собираем воспоминания об Илье для публикации на этой странице.

Пишите на iseg-memory@yandex.ru


* * *

* * *

Мое детство прошло в Алма-Ате, в поселке ВИРГ (Всесоюзного института разведочной геофизики). Поселок этот маленький, и, конечно, все знали друг друга. С Ильёй мы почти ровесники, ходили в одну школу, поэтому я спрашивал о нем у родителей и, кажется, они не советовали мне с ним знакомиться, потому что я мог плохо на него влиять. Я любил играть во дворе, особенно в футбол. И вот однажды мы с ним все же разговорились на улице. Стоим, обсуждаем что-то, пинаем мячик. За этим событием нас застали мальчишки с Развилки (это соседний район, с которым мы были не в ладах). И вызвали они нас на игру в футбол — как на дуэль. Были еще ребята с нашего двора, так что команды оказались полноценными, пять на пять. Мы очень быстро повели в счете. Я забил 6 мячей, и все — с подачи Ильи. Он подает, я забиваю. Было какое-то наваждение, я так хорошо никогда не играл, я сам себя даже испугался. Тут пришла мать, позвала меня ужинать, и мне пришлось уйти. На следующий день я побежал к Илье, чтобы узнать, как закончился матч. «Какое там! — говорит. — Проиграли 10:6». Я спросил: «Как же так? Ты же отличный игрок!» А он ответил: «Да что я. Вот ты ушел, и игры не стало». Кажется, в этот момент я понял, что у Ильи есть дар — помогать людям, причем делать это на высочайшем уровне, незаметно, так — как никто не сможет. Видимо, увидел он мое увлечение, и решил помочь, поспособствовать развитию, а сам по себе футбол, может, и не нужен ему был.

Сейчас мне говорят, что и Яндекс придумал не он, он лишь помогал. Но я-то понимаю, что это была за помощь!

Пётр Нассонов

* * *

С Ильей Сегаловичем мне довелось встретиться, к сожалению, только один раз. Но я хорошо помню эту встречу. Это было в октябре 2005-го. Тогда в Ярославском Демидовском университете проходила конференция, посвященная информационным технологиям, и я приехала снимать об этом новостной сюжет для Городского телеканала. Когда спросила сотрудников университета, кого бы мне записать покреативнее, мне показали на Илью и очень уважительно сказали: «А вот это основатель Яндекса».

Отец-основатель знаменитого интернет-поисковика был совсем не похож на обычных участников конференции — без солидного костюма и строгого галстука, в скромных джинсах и с рюкзачком за плечами. А еще — с очень доброй и открытой улыбкой. Безо всяких понтов и экивоков сразу согласился побеседовать на камеру. Мы поговорили тогда о том, куда будет дальше развиваться интернет, какие направления будут особенно актуальны в ближайшее время. Меня как журналиста-телевизионщика особенно заинтересовало его предсказание, что телевидение все больше будет уходить в Сеть и со временем станет интерактивным. Увы, наш новостной сюжет ограничен короткими временными рамками и сохранилась лишь маленькая часть того интервью. Но мне было очень интересно слушать этого человека. По своей работе я общаюсь с огромным количеством разных людей и некоторых, увы, случается такое, что и не помню. А этот собеседник был интересен и запомнился.

Нина Свечникова, Ярославль

* * *

Мне невероятно повезло познакомиться с Ильей Валентиновичем на конференции по поисковой оптимизации в далёком 2003 году и послушать вживую его доклад о технологиях Яндекс, в частности, о морфологическом анализе текста.

Тогда от него я впервые услышал тезис о том, что приходит новая парадигма работы с информацией: «информация по запросу», вместо забивания головы огромным количеством информации из учебников и библиотек.

Понятно, что тут есть о чем поспорить. Реальные знания и опыт не заменишь на базы знаний. Но можно всерьез задуматься о перспективах развития технологий в областях электронной эрудиции, мгновенно доступных знаний.

Мы некоторое время переписывались по e-mail, я вносил очень наивные предложения по развитию Яндекса. Но Илья Валентинович всегда находил время на ответы и комментарии!

Меня поразило, насколько Илья Валентинович жил в этой теме, насколько серьезная математическая, статистическая, лингвистическая, морфологическая научная база была подведена им и его командой под создание поисковой системы. Команда под его руководством проделала немыслимую работу, чтобы научить компьютерную систему воспринимать и анализировать русский язык.

Вечная память.

Антон Будько, экс-Microsoft

* * *

Мы встретились с Ильей в 2001 году на конференции, посвященной поисковой оптимизации. Я тогда работал в компании, которая занималась продвижением сайта, и придумал, как мне тогда казалось, идеальный алгоритм для гарантированного попадания сайта в лидеры выдачи результатов поиска. Стаж работы разработчиком (включая руководителя отдела) у меня тогда был 10 лет.

Встреча с Ильей произвела огромное впечатление. Это был, скорее, философский разговор, который я буду помнить всю жизнь. Он изменил меня. Я просто понял тогда, что трачу время не на то...

Уход Ильи — это огромная утрата для профессии и, конечно, страшная трагедия для семьи.

Максим Хлупнов, Microsoft

* * *

Мы с Ильёй познакомились, когда они с Машей жили в Железнодорожном на съёмной квартире, и у них родилась их «бэбка» (Маша так её называла). Илья на мне тестировал значки своего поисковика, что-то мы вместе с ним рисовали. Я в то время занимался графическим дизайном и наружной рекламой. Лихое было время...

Сергей Соколов

* * *

Мы вместе с Ильей учились в МГРИ (РФ 81-1). Несколько семестров (года два) жили вместе в одной комнате общежития. Приезжали и к ним в Алма-Ату, посещали ВИРГ. К нам в родовое имение тоже приезжали — встречали Новый год (кажется, 1982-й).

Владимир Куликов

* * *

Илья — «Остап Бендер» от программирования, дух здорового аферизма помогал ему генерировать сотни тысяч гениальных идей.

Имея общую очень странную с ним компанию для общения, всегда удивлялся разносторонности его интересов. Ему было интересно и банковское дело, и литература, и политика, и космонавтика — всё это и не только это образовывало этого сложного человека, способного убедить любого делать то, что ему хотелось получить, именно так, как он себе это и представлял.

Кирилл Хаттоев

* * *

Я успел познакомиться с Ильей менее чем за год до его смерти, на питерском стартап-форуме. Я так был впечатлен, что подошел к нему и сказал: «Я никогда не хотел работать в Яндексе, но под ваше начало пошел бы». Но он, улыбнувшись, отправил меня к своему помощнику, сказав, что тот поможет с трудоустройством в эту компанию, но вряд ли к нему, потому что он себе сотрудников не набирает. Я, конечно же, не пошел к помощнику. А Илью запомнил на всю жизнь. Такие люди меняют наше настоящее и будущее. Светлая ему память!

Николай Ланец

* * *

Это был один из немногих людей, которому я мог бы дать характеристику сразу: целеустремленный человек, с которым можно дружить и работать.

Человек великой энергии и цепкого ума. Илья произвел на меня впечатление сразу, редкий случай. Мы говорили с ним о разных вещах, близких мне — о праве, о математике, современных технологиях. И всегда плодотворно.

Андрей Бузин

* * *

С Ильёй я случайно встретился 13 января 2013 года на митинге, когда вышло постановление о запрете усыновления российских детей иностранцами. На тот момент я не знал, кто передо мной, мы просто разговорились в толпе. На улице было довольно холодно, но он был одет в лёгкую чёрную куртку и немного зяб. Он ничем не отличался от остальных пришедших, был прост в беседе, добродушен, общителен, заинтересован.

К нашему разговору присоединился некий бородач. Мы обсуждали пришедших с флагами людей и заговорили об анархистах, которые стояли в колонне неподалёку. Бородач скептически отозвался о них, говорил, будто анархисты — это панки, с которыми можно только пить водку и петь «Гражданскую оборону». Но Илья стал их защищать, сказал, что эти молодые ребята полны энергии, политически подкованы и знают, что делают.

Мы говорили и ещё о чём-то, но это уже забылось, да и беседа была не очень длинной.

Чуть позже ко мне подошла Кристина, которая работала в центре «Дети Марии», организованном женой Ильи, и сообщила мне, что мужчина, с которым я только что разговаривал, является одним из основателей Яндекса. Я удивился — настолько прост он был, не заносчив, полон энтузиазма, открыт.

Как оказалось, на тот момент он был уже тяжело болен и не так давно вернулся с очередного курса лечения. Через шесть месяцев я узнал из СМИ о его смерти... Несмотря на то, что я общался с ним всего один раз, эта беседа оставила светлое чувство. Я рад, что имел честь с ним говорить.

Дмитрий Хоров, музыкант Exitland

* * *

Помню, сидели мы втроем ночью на Бауманской, в коммунальной квартире — Маша, Илья и я — и писали проект для получения грантов на то, что впоследствии (уже без меня) вылилось в «Дети Марии». Склад характера Ильи казался мне тогда (и особенно рядом с Машей) несколько противоречивым. Явно ощущалось, что он не «художник», как все «наши», но что он, сознавая свой аналитически-технический покрой, об этом покрое не то чтобы жалеет, но... активно открыт искусству. Маша, художник с аналитической жилкой, видимо, во многом помогла ему обрести этот баланс.

Пожалуй, это стремление уравновесить природное благоприобретенным сильно помогло Илье в его работе. Аналитикам часто не хватает воображения, что низводит их творчество на уровень компиляции. У Ильи с воображением было всё в порядке. Как-то он привел меня в офис у метро «Ленинский проспект» (компьютеры только появлялись) и чуть ли не час с энтузиазмом рассказывал про новый принцип поисковика и про русский язык. Я, будучи «художником», как ни старался вникнуть в его энтузиазм, так почти ничего тогда и не понял.

Лишь сильные личности в стремлении с самопознанию осваивают что-то для них нехарактерное. Лишь такого рода усилия приводят к действительному творчеству.

Юрий Сырков

* * *

В 2012 году я оказался на конференции YaC на ВВЦ. Все с самого утра ожидали какой-то большой новости, и не зря: на сцене зала № 1 Аркадий Волож презентовал Яндекс.Браузер — к восторгу большей части аудитории. После его выступления я вышел на этаж и увидел Илью, облепленного возбуждёнными участниками конференции, наперебой задававшими вопросы про дальнейшую стратегию компании — Сегалович выглядел, как достопочтенный, но великодушный хозяин мероприятия, и отражал их своими ответами, подобно опытному теннисисту. Его окружал какой-то пузырь вдохновения и уверенности, словно создававший своё гравитационное поле, притягивая всех к себе — я ему поддался и примкнул к толпе, на ходу выдумав какой-то пустяковый вопрос, чтобы «урвать» хотя бы несколько секунд внимания. Вопрос был настолько мелким, что теперь даже не вспоминается, и всё же, когда я с ним вклинился, Илья внимательно выслушал и мгновенно дал точный и исчерпывающий ответ — прямо как Яндекс — после чего переключился на следующий, совершенно не сбавляя темпа.

Всё, что мы делаем, является нашим естественным продолжением — и становится очевидным, от кого созданный Аркадием и Ильёй продукт унаследовал свои ключевые качества. Воображение рисует киберпанковскую картину, в которой часть Ильи перешла в созданный им организм и продолжает жить в сознании сотрудников, серверов и пользователей — если это правда, то пусть пузырь продолжает расти и объединять тех, кто верит в те же вещи, что и человек в его центре. Лично я — верю.

Алексей Бадарин

* * *

Как-то на одном из мероприятий для стартапов среди экспертов был Илья. Основная часть мероприятия заключалась в том, что эксперты сидели за несколькими большими столами и по очереди по паре минут общались с начинающими предпринимателями, стараясь понять суть проекта и дать дельный совет. Значительная часть стартаперов выступала с откровенно бредовыми идеями, даже не пытавшись проверить придуманные ими факты поиском в Яндексе. Некоторые участники говорили бессвязные вещи. Хотелось встать и уйти, а никак не разбираться в том, что же они говорят. Однако Илья подавал пример — каждого человека, даже с безумными идеями, он слушал так, как будто тот открывает тайны мироздания. И каждому с доброй улыбкой он давал совет, иногда просто предлагая читать книги. Теперь, когда приходится сталкиваться с людьми, чьи идеи кажутся бредом, я каждый раз вспоминаю Илью, внимательно слушаю и пытаюсь найти что-то полезное.

А однажды, в ответ на какой-то мой недоумевающий пост в блоге про какие-то непонятные события, Илья прислал мне ссылку на то, как надо читать новости, чтобы понимать, стоит ли верить прочитанному. Ту ссылку уже и не вспомнить, а некоторые идеи я использую до сих пор. И каждый раз мне вспоминается Илья. Думаю, что он улыбался, отправляя ту ссылку...

Гайдар Магдануров, Runa Capital

* * *

Это трогательное уменьшительно-ласкательное «Илюша», произносимое многими, в том числе великовозрастными брутальными мужчинами...

Мне посчастливилось побывать дома у Ильи на один из Новых годов. Именно посчастливилось, потому что соприкосновение с миром Ильи и с ним самим расценивается мной как причастность к чему-то большому и настоящему. Что я ожидала от праздника, проведённого в доме Ильи, слыша слова «Рублевка», «топ-менеджер», «Яндекс»? Все что угодно, но только не то, что я увидела. Илья и много детей рядом с ним, и он отдает всем свою любовь и доброту, щедро и бескорыстно.

Александра Орлова

* * *

Немного знал Илью до его яндексовской биографии. Он пришел после распределения из МГРИ в наш ВИМС (тогда — Всесоюзный институт минерального сырья). Скромный и умный парень. От института выезжал в подшефный пионерский лагерь (еще тогда — любовь к детям). Играли в футбол на первенство института. Увы, вот такие мои скромные воспоминания...

Игорь Петров

* * *

Я написал о мелкой баге в поиске на соответствующую рассылку, ребята что-то ответили, уточнили у меня, в итоге пишут, что бага скоро исчезнет, когда будет добавлено соответствующее расширение, а Илья тут же пишет в ответ: «Вообще-то я, помнится, сам вбивал -ие/-ье в какие-то (почти все какие надо) парадигмы (и списки окончаний) в нашей морфологии. Вы уверены, что морфологическое расширение — это не „расширение“? Илья».

Мелочь в общем-то, незначительный рабочий момент, но меня тогда поразило, что он сам вникает даже в такие мелкие баги и все помнит, а сейчас я понимаю, что в этом был весь он — потрясающий эксперт, профессионал высочайшего уровня, который, несмотря на огромный объем работы, был всегда готов вникать в любые мельчайшие детали и придавать им значение — настолько, что даже на такую мелкую багу незамедлительно среагировал сам.

А бага касалась последнего стихотворения Есенина «До свиданья, друг мой, до свиданья». Может быть, поэтому мне так вспоминается именно этот эпизод.

Александр Гаврилин, Яндекс

* * *

Можно быть начальником, и чтобы люди тебя боялись. А можно быть таким, как Илья. Я долгое время вообще не знала, кем он работает. Он просто заходил в кафе, просил кофе и улыбался, что-то рассказывал всегда. А однажды, когда была экскурсия в Яндексе для Павла Дурова, он пытался меня с ним познакомить и сделать так, чтобы тот добавил меня в друзья. А потом выдал: «Ну это же круто, если он у тебя в друзьях будет». Вот такой неожиданный, открытый, добрый, такой честный даже с теми, кого мало знает.

Я прочитала о его смерти спустя неделю. Ком в горле и слезы. Вечная память.

Ирина Арон, бариста

* * *

Мне посчастливилось общаться с Ильей в 1987 году. После окончания Геологоразведочного института Илья работал по специальности во Всесоюзном институте минерального сырья (ВИМС). Там же работала моя мама, в том же отделе, куда пришел работать Илья.

ВИМСу принадлежал летний пионерский лагерь с соответствующим названием «Геолог», где отдыхали дети сотрудников, а в качестве вожатых работали преимущественно сотрудники ВИМСа.

К тому моменту я уже много лет ездил отдыхать в «Геолог» и последовательно прошел все отряды, от самого младшего до самого старшего (первого). И в тот год Илья поехал пионервожатым именно в первый отряд.

Я уже успел повидать много вожатых, но Илья был удивительным человеком, ни на кого не похожим. Он постоянно генерировал разные идеи. В день заезда по традиции нужно было придумать название отряду. Звучали предложения со стандартными названиями: «Костер», «Зарница», «Орленок» и т. п. Илья предложил уйти от штампов и назвать наш отряд «Эверест» — как самую высокую вершину, к которой необходимо стремиться. Часто, шутя, он называл наш отряд по-восточному — «Джомолунгма». Видя, как мы играем в бадминтон, просто гоняя воланчик, он предложил разбить площадку, натянуть сетку и играть на очки.

Он организовал КВН (по тем временам это было большой редкостью) между сборной вожатых и сборной пионеров. Помню, одно из заданий-экспромтов состояло в том, чтобы изобразить без слов кого-то из противоположной команды, а ее игроки должны были угадать, кто это. Я пытался показать человека с горящими глазами, который энергично жестикулировал, пытаясь зажечь публику своими идеями. Большинство угадало, что я пытался показать Илью.

Еще одно его качество — прямолинейность, он мог сказать все, что думает, даже в глаза человеку. Причем это звучало как-то так просто и искренне, что ни у кого не возникало желания обижаться. А его афоризмы и шутки я постоянно вспоминаю.

Естественно, даже непродолжительное общение с таким человеком оставило свой след, и меня очень интересовала судьба Ильи. Мама сказала, что в ВИМСе он долго не задержался и даже подал документы в посольство США для выезда туда. Это было логично, и все равно грустно, что такие люди покидают страну.

Но позже мамин сослуживец сообщил, что случайно видел Илью в Москве. Илья сказал, что ему разрешили въезд в США (кто бы сомневался!), но покидать страну он пока не спешит, так как, по его словам, намечается интересная работа.

Прошло много лет. После окончания института я остался в нем преподавать. Собирая материал для занятий и для диссертации, я часто натыкался в списке литературных источников на материалы, автором которых был И.В. Сегалович.

Прошло еще какое-то время, я еду на машине и слушаю радио «Бизнес FM». В то время там была рубрика «Герои нашего времени», где рассказывалось о людях бизнеса, которые сколотили капитал своими мозгами и при этом сохранили человеческое лицо. Я слышу примерно следующий текст: «Он мечтал стать математиком, учился на геолога, занимается интернет-поиском и подрабатывает клоуном. ... Илья Сегалович, один из основателей Яндекса, такое-то место в списке „Форбс“, столько-то миллиардов рублей».

Я чуть не съехал на обочину от неожиданности. Я, конечно, не сомневался в том, что Илья «далеко пойдет» и я о нем еще услышу, но чтобы это было настолько рядом... Что я практически каждый день пользуюсь трудами его рук и мозгов ... Охватила огромная гордость за себя, что я знаком с таким человеком, сразу стал искать во многом тайный смысл: неспроста я перепробовал множество поисковиков, но интуитивно остановился на Яндексе, впрочем, то же можно сказать и про другие сервисы (Погода, Пробки, Почта и др.).

Прошло еще несколько месяцев, может быть, год, я снова еду в машине и снова слышу ту же рубрику с тем же героем и тем же текстом, только место в списке более высокое и количество миллиардов увеличилось.

Рубрика эта в скором времени перестала существовать, это было неудивительно: подобных героев у нас действительно немного (а такие люди, как Илья, вообще уникальные), а рассказывать об одних и тех же людях, меняя только финансовые показатели, неинтересно.

В какой-то момент мне очень захотелось с ним связаться — задумался о поиске новой работы. Но если бы и не получилось с работой, я понимал, что даже непродолжительное общение с таким человеком может очень сильно вдохновить и зарядить новыми идеями. Хотя надежды на встречу было немного. Найти информацию об Илье и его страницы в соцсетях оказалось делом очень простым. Я послал запрос на добавление в друзья, который сопроводил письмом о пионерском лагере и о гордости за него. Но, узнав обо всем, чем он успевает заниматься, я практически утратил надежду на то, что он откликнется при такой занятости.

Тем не менее через два дня я получил письмо от робота: «Илья Сегалович принял Ваше приглашение и присоединился к Вашему 1-му кругу». А еще через два дня — новое письмо: «Илья Сегалович написал Вам сообщение». Перехожу по ссылке и не верю своим глазам: «Саша, привет! Конечно, я все помню! Давай попробуем встретиться? Я в Москве, можем встретиться в Яндексе, например. Мы ищем хороших людей, это несомненно. :) Могу с утра попить кофе, или в Яндекс подъезжай. Мой email ___________»

Удивительно: с момента, как задумал связаться с Ильей, до момента, как пил с ним кофе в его кабинете, прошло менее недели.

Илья появился в вестибюле Яндекса точно в то время, как назвал, и тут же достал из портфеля и надел беджик (как и на многих фото, он с различного рода беджиками). Это было очень необычно, как будто это был не один из руководителей интернет-гиганта, а рядовой сотрудник. Да и вообще, за то короткое время, что я успел с ним пообщаться (что греха таить, сколько с таким человеком ни общайся, всегда кажется мало), я понял, что Илья не только не утратил своей скромности, но и в остальном все такой же, как четверть века назад: отзывчивый, открытый, генерирующий на ходу разные идеи, остроумный, прямолинейный, говорящий то, что думает.

По окончании нашего разговора он проводил меня до дверей: «Удачи, маме привет, если будут какие вопросы — пиши на почту».

Этого человека хватало на всё и на всех! Даже я, знавший Илью немного, до сих пор испытываю сильную боль от такой потери. Каково же тогда его родным, близким, единомышленникам?

Александр Рабинович, доцент МГИУ

* * *

Во время одной из командировок в московский офис я пришел на четвертый этаж, туда, где находился отдел качества поиска, и занял не глядя маленький стол в уголке. Стол оказался необычным: у него был электрический привод, позволяющий регулировать высоту, и имелась резиновая столешница. В общем, было очевидно, что его владелец отличается оригинальностью. Через два часа появляется Илья. Здороваемся, кратко обсуждаем ситуацию с моим тогдашним проектом, думаем, что можно сделать, и он куда-то уходит. Я продолжаю работать. Затем он возвращается через два часа и проходит мимо. Я краем глаза замечаю то, как он задерживает взгляд на мне и столе, за которым я стоял. Я был в замешательстве: «Что это значит?» Оказалось, что я занял его стол. Как только я осознал, я извинился и сказал ему, что я сейчас же ухожу и освобождаю его рабочее место. На что он начал сильно возражать и сказал, что я могу работать здесь столько, сколько нужно, и что стол ему не нужен. Так повторилось трижды: Илья проходил мимо, а я предлагал ему освободить стол. Что за странный диалог у меня был с основателем компании: я хочу его пустить за его рабочее место, а он не хочет!

Этот случай отложился в моей памяти на всю жизнь. Я никогда не видел раньше, чтобы люди, имеющие такие состояния, были настолько этически зрелыми. Огромная удача нашего времени в том, что нам представилась возможность общаться с Ильей, это сделало нас всех морально лучше и сильнее. Удачи тебе на небесах, дорогой коллега.

Александр Сибиряков, Яндекс

* * *

Я — директор строительной фирмы. Мы строили теннисный корт у Ильи Сегаловича дома, в деревне Грибаново. Первое, что меня поразило в первый приезд к нему в дом, — это количество детей.

Только спустя недели две я узнала, кто этот человек, чем он занимается.

Сколько он сделал добра!!!

Олеся Кожевникова

* * *

Впервые я услышала про него еще в 2000 году от яндексоидов, и как-то они всегда про него очень ласково и очень уважительно говорили; кажется, я сама его чуть не назвала потом Илюшей при первой встрече. Мы тогда только-только сделали TEDxMoscow в «Вышке» и планировали делать TEDxPerm в сентябре. И подбирали выступающих. Илья был в числе первых, кого хотелось позвать. И вскоре мы с Лешей Каптеревым приехали в Яндекс, чтобы поговорить с ним, выудить хорошую тему для выступления, понять, как все вообще у них устроено и зачем Илья делает то, что он делает. Мы проговорили часа три. Я помню почти все.

Илья рассказывал про геологию и морфологию поиска, про то, что идея зарабатывать собственным интеллектом в 90-е была совершенно бредовой, но они выбрали ее, а не спирт Royal или банки. Про «Детей Марии», поездки на Селигер и про Адама Пэтча. Про жонглирование. Про продукты Яндекса, которые были сделаны, и про те, которые только еще будут. Про то, как пользователи ищут то, что им нужно, и тем самым предоставляют Яндексу еще больше информации, которая непрерывно улучшает поиск. Про то, как удивительно, что маленькая история выросла и так переросла создателей. Про то, что карты устарели, а очень нужно, чтобы карты были правильными. Про то, зачем это все нужно вообще и как важно задавать вопрос «зачем».

И на TEDxPerm он рассказывал про то, как пользователи Яндекса могут помочь «Детям Марии» найти дорогу домой, анонсируя выходившие тогда Народные карты. И в этом выступлении про продукт было так мало продукта. А было так много этики, энтузиазма, скромности, увлеченности своим делом, так много внутренней свободы. И так много любви. Илья был недоволен выступлением, говорил, что смазал. И правда, смазал.

Но вот уже несколько лет прошло, а я так и рассказываю эту историю друзьям и каждый раз понимаю, что она вновь и вновь меня потрясает до слез. И по ней можно сверять себя, как по камертону.

Ольга Дука, агентство Improve

* * *

В 2012 году я оказался на конференции YaC на ВВЦ. Все с самого утра ожидали какой-то большой новости, и не зря: на сцене зала № 1 Аркадий Волож презентовал Яндекс.Браузер — к восторгу большей части аудитории. После его выступления я вышел на этаж и увидел Илью, облепленного возбужденными посетителями, наперебой задававшими вопросы про дальнейшую стратегию компании. Сегалович выглядел как достопочтенный, но великодушный хозяин мероприятия и отражал их своими ответами, подобно опытному теннисисту. Его окружал какой-то пузырь вдохновения и уверенности, словно создававший свое гравитационное поле, притягивая всех к себе, — я ему поддался и примкнул к толпе, на ходу выдумав какой-то пустяковый вопрос, чтобы урвать хотя бы несколько секунд внимания. Вопрос был настолько мелким, что теперь даже не вспоминается. И все же, когда я с ним вклинился, Илья внимательно выслушал и мгновенно дал точный и исчерпывающий ответ — прямо как Яндекс, после чего переключился на следующий, совершенно не сбавляя темпа.

Все, что мы делаем, является нашим естественным продолжением — и становится очевидным, от кого созданный Аркадием и Ильей продукт унаследовал свои ключевые качества. Воображение рисует киберпанковскую картину, в которой часть Ильи перешла в созданный им организм и продолжает жить в сознании сотрудников, серверов и пользователей. Если это правда, то пусть пузырь продолжает расти и объединять тех, кто верит в те же вещи, что и человек в его центре. Лично я — верю.

Алексей Бадарин

* * *

I spent far too little time with Ilya, although his generosity made it more than I would have expected. (I wonder how he does it, because he isn’t just generous to me and takes on far more important things). A true gentleman, generous, thoughtful, intelligent, he inspired me to try and do something more, and something better, from the first time I met him.

Characteristically, that meeting happened because he made some time to talk to me about a problem I had, that someone suggested he could help with. And my first impression held as long as I knew him, through all our interactions, through everything that anyone said about him, through seeing things that he did, or said, or had said long ago.

Russia and the world have lost a good man. His legacy includes an inspiration to many people to be better, and do better. There are many people who will miss him. But when we think about him, if we can say «we’re still doing our best for a better world», maybe we’ll feel a little happier for what we had, and so less sad for what we lost.

Charles McCathie Nevile, Яндекс