Илья Сегалович

Илья Сегалович

1964 — 2013

Основатель и директор по технологиям Яндекса, создатель первой версии поисковика и автор слова Yandex, эрудит и гражданин с активной жизненной позицией, один из организаторов реабилитационного художественного центра «Дети Марии», отец пятерых детей.


Мы собираем воспоминания об Илье для публикации на этой странице.


* * *

* * *

Мы дружили с Илюшей со школы, четыре года сидели за одной партой. А потом вместе делали Яндекс. Сегодня ночью его не стало. Все случилось слишком быстро и неожиданно.


Последний раз он выступал перед нашими cтамбульскими ребятами в прошлый четверг. Он вышел и сказал: «Здравствуйте, меня зовут Илья». Все засмеялись, и он рассказал про поисковую платформу «Острова».



Не знаю, чем можно заменить его энциклопедичность в технологиях и чистое видение продукта. Но он оставил за собой целое новое поколение программистов, целую школу. А его этические стандарты задали уровень всем нам.

Аркадий Волож, 25 июля 2013

* * *

Ilya is fondly remembered by everyone he touched at Pilgrims. He shared his humour, spirit, passion and enthusiasm for life and making a difference to people of the world.

Ilya showed us how to be perfectly human and humble — a man of great talent and dedication.

We wish his family peace at this very sad time.

In 2014 Pilgrims offers a one week scholarship in memory of Ilya for anyone that Yandex chooses as deserving of «The Ilya Memorial Scholarship».

With our full condolences,
The Pilgrims Team!

* * *

Я экс-сотрудник Яндекса. Хотя бывших яндексоидов и не бывает. И вместе с вами я плачу и вспоминаю об Илье. Я очень рада, что мне удалось пообщаться и немного поработать с таким прекрасным, умным и добрым человеком.

Помню первую с ним встречу. Мы сидели в маленькой переговорке на 4 этаже и обсуждали что-то важное. Но с Ильей нельзя было долго говорить серьезно. Он начал качаться на стуле и наматывать на шею разноцветные декоративные веревочки, развешенные вдоль стены. А в другой раз сказал, что он не может смотреть презентацию, пока не разместит все иконки рабочего стола на моем ноутбуке в правильном порядке, т.к. его это отвлекает. Улыбаюсь сквозь слёзы...

Он был потрясающий. И еще ему было не все равно. Не все равно, что происходит в стране и он предлагал варианты проведения честных выборов. Он очень болел за нашу науку и переживал за молодых ученых, хотел сделать так, чтобы им хотелось заниматься наукой. А сколько он сделал для поддержки детей-сирот! Меня потрясает его мужество. Даже когда он уже болел, он продолжал заряжать остальных позитивом и своей доброй энергией.

Когда не знаешь, этично ли ты поступаешь, то всегда можно подумать: а что бы сделал/сказал в этом случае Сегалович? Он пример того, как можно жить, думать, любить, общаться, работать и как не испортиться от денег и известности. Как быть «totally uncool» и не только смеяться в лицо лицемерам, эгоистам и ворам, но и бороться с ними. Я не представляю, как человек мог быть так красив внешне и так прекрасен внутренне. Мы плачем, потому что мы боимся забыть, что такие люди бывают.

А еще я помню это странное ощущение. На встречах с Ильей все в комнате были словно старше его. У него были десятки неожиданных крутых идей. И окружающие приземляли его, говорили о сроках, бюджетах, ресурсах. И чувствовали себя на свои 150 лет. А он говорил о людях, вдохновении, успехах, полете к новым звездам. На сколько лет чувствовал себя он?

Дарья Богомолова

* * *

Господи, как трудно писать об Илье в прошедшем времени!.. до сих пор трудно поверить, что его уже нет...

Мне бесконечно повезло быть лично знакомой с Ильей. По работе и на работе мы виделись не так часто, но нам всем посчастливилось участвовать вместе с Ильей в благотворительных поездках в школу-интернат в Калужской области. Это были незабываемые, потрясающие поездки!.. Конечно, я знала, кто такой Илья и что он значит и для Яндекса, и для IT-индустрии в целом. Но чтобы вот так запросто сесть и поехать куда-то за тридевять земель, потратить свое драгоценнейшее время на не своих детей, это удивительно.

Я прекрасно знала его график: за одну неделю могло быть три командировки в разные страны, но мы всегда старались подстроиться под него, чтобы у Ильи была возможность поехать с нами. И при своей чудовищной занятости он умудрялся вырваться на пару дней с нами, чтобы порадовать и повеселить детей. Илья всегда был для всех камертоном — он задавал тон поведения, тон доброжелательности, невероятной скромности, участия и внимания к тебе лично, а не к абстрактному человеку, потрясающе ясного и светлого ума, удивительной эрудиции. Илья мог запросто сделать всех своими друзьями за пару минут.

Поздно вечером в субботу сидели кружком, обсуждали планы «на завтра», какие мастер-классы и игры будем проводить с детьми в воскресенье, играли в предложенный Ильей «Диксит», тогда еще мало знакомый широкой публике. Команда Ильи выиграла — и надо было видеть, как он радуется этой простой победе в простой игре. На его лице было выражение совершенно детского счастья и неописуемого восторга. Если бы он мог выиграть у своей болезни!..

Илья умел зажигать людей.

Помню, как мы возвращались обратно в Москву по пробкам. Всю дорогу пели песни, рассказывали смешные истории, думали, как сделать жизнь наших маленьких друзей лучше. Илья активно участвовал в разговоре, а потом... начал читать стихи на память. Это нужно было видеть и слышать!.. Увлеченно, искренно, сердечно, просто...

Илья умел всех одаривать своим теплом и вниманием. Дети его просто обожали! Для них Илья был абсолютно своим. Помню его потрясающий наряд клоуна — яркий, необычный, живой... это была душа большого ребенка... После этих поездок хотелось сделать весь мир лучше и красивее, излечить всех больных (эх, Илья, если бы мы могли!..), осчастливить всех несчастных, помочь всем нуждающимся!

Мы виделись за несколько дней до кончины. Илья был как всегда прост, искренен и добр. Подошел, спросил, как дела, какие планы, что нового.

Господи, как же нам всем будет тебя не хватать!.. Илья, я верю, ты сейчас в лучшем месте для лучших людей... Мы постараемся на тебя равняться!.. Покойся с миром!

Наташа Першина, экс-Яндекс

* * *

Илья учился с моим сыном Женей Матвеевым в РФМШ, г. Алма-Ата. Руководила ими классная дама Валентина Афанасьевна — отличный математик и вдумчивый педагог. В то время школа высоко котировалась в Средней Азии и СССР, проводилась Всесоюзная физико-математическая олимпиада. Это был пик образованности страны.

Россия потеряла сына, в которых она так нуждается сейчас. Скорбим и низко кланяемся семье Сегаловичей, воспитавшей сына, заглянувшего в будущее.

Ричард Павлович Матвеев

* * *

Мы вместе с Ильей учились в МГРИ (РФ 81-1). Несколько семестров (года два) жили вместе в одной комнате общежития. Приезжали и к ним в Алма-Ату, посещали ВИРГ. К нам в родовое имение тоже приезжали — встречали Новый год (кажется, 1982-й).

Владимир Куликов

* * *

Думаю, что ГОРЕ вошло в жизнь каждого, кто знал Илью.
Как жаль, что разделив это горе на всех нас, нельзя уменьшить горе самых близких, особенно Марии и детей.


Я занимаюсь керамикой с ребятами в студии «Дети Марии» и, к сожалению, встречала Илью редко. Мы виделись в основном на замечательных праздниках, которые «Дети Марии» устраивает для ребят из школ-интернатов. Но, несмотря на это, присутствие Ильи чувствовалось всегда и везде!

Удивительно, но его поддержка, жизненная сила и доброта всегда ощущались у нас за плечами. Возможно, он даже сам не догадывался, какое магическое действие порой производило одно его имя на чиновников и директоров интернатов. 


Думаю, это не пустые слова, что человек жив, пока жива память о нем и живы его добрые дела. 


Светлая, добрая, долгая память и долгая жизнь тебе, Илья!
 Знаю, ты все равно с нами!


Мои самые глубокие соболезнования семье.

Алла Тягунова
, «Дети Марии»

* * *

Скорбным и неожиданным оказалось для меня известие о смерти Ильи Сегаловича.


Хорошо помню его школьником. Тогда, в далеком 1979 году, мы с ним были участниками республиканской олимпиады по химии в г. Актюбинске (Казахстан) в составе команды от г. Алма-Аты. Он мне запомнился человеком всесторонне развитым, интеллигентным, воспитанным. Его жизнерадостность и оптимизм передавались всем окружающим. С ним было легко общаться на любые темы, от самых научных до самых жизненных.



Для меня он навсегда останется таким, каким я его видел 34 года назад.


Светлая ему память!

Вадим Огородников

* * *

Я впервые услышала об Илье и его семье в 90-х годах от своей подруги Кати, которая с каким-то особенным уважением говорила о благотворительной организации, созданной ее знакомыми, деятельно, умно и по-творчески помогающей детям-сиротам, и что это люди, непосредственно связанные с Яндексом.

По-моему, это первая действующая благотворительная организация, о которой я услышала. По тому, КАК она говорила об этом, я поняла, что это что-то очень стоящее, правда, узнать поподробнее о них мне тогда в голову не пришло, видимо, потому что и о Яндексе (а где еще можно получить информацию?) я услышала тогда впервые, в ту пору дальше Фидо мои интернет-познания не распространялись.

А познакомилась с Ильей я на следующем витке своей жизни, работая уже в своей благотворительной организации, которая занимается, в частности, содействием в профессиональном самоопределении детей-сирот. Мы нередко ходим с подростками из детских домов в различные организации, а однажды нас пригласили в Яндекс (УРА!), оказалось, что узнав о предстоящих гостях, технический директор Яндекса Илья Сегалович выразил готовность пообщаться с ребятами (НУ НИЧЕГО СЕБЕ!). Вот тут-то я заглядываю в Яндекс и понимаю, что это тот самый человек и что «Дети Марии» — организация, о работе которой я все время столько слышу, — это та самая, связанная с Яндексом (ТОГДА ПОНЯТНО). Это было совсем недавно, в конце апреля.

«Вы же не пафосный?», — обратилась я к нему, чтобы что-то сделать со своим смущением, и тут же стало понятно, что это понятие к нему ну совсем не применимо. Прямота, принятие, уважение и интерес к мнению собеседника, ни капли «воды» в разговоре, открытость, искренность, юмор, готовность поделиться и поддержать. Его анекдот про пафос: «Да у меня дядя в КГБ работает. — О, а кем? — Дворником!»

Илья преподал мне урок (точнее, я беру как урок то, чем он поделился, он ни разу не поучал). Зашла речь об одной из подопечных нашего фонда, выпускнице детского дома. У нее врожденный дефект лица, вовремя не прооперированный. Она учится в кулинарном колледже, и когда у них была практика в столовой Государственной думы, увидев ее там, ей сказали, что практику ей засчитают, но пусть она больше не приходит (ей осторожно, но буквально объяснили, что посетителям столовой может быть неприятно случайно ее встретить в коридорах ГД). На что Илья рассказал, что у них есть парень, с которым они дружат и которому стараются помогать, страдающий ДЦП, кажется, его зовут Сережа, которого кто-то где-то позволил себе подобным образом ущемить, и они развернули целую кампанию в поддержку этого парня, используя всевозможные ресурсы, СМИ и пр., и это сработало так, что обидчикам мало не показалось, они принесли свои извинения. Я сказала, что жалею, что не сделала хоть чего-то подобного. «Это не главное», — ответил Илья.

Илья заинтересовался идеей обучать ребят больничной клоунаде (в интернате, откуда пришли ребята, их обучают цирковому искусству). Он предложил познакомить меня с Марией, которая должна была вернуться из Англии в 20-х числах мая. Я заболела, не связалась, и это тоже уже не исправить.

Илья рассказывал о том, как работает поисковая система так доступно и просто, что даже я что-то поняла.
— Гугл — прекрасная компания.
— А чем Яндекс лучше Гугла?
— Всем.

Илья рассказывал о временах, когда Яндекс только начинался, они сидели в своем офисе втроем, и когда приходил поисковый запрос, компьютер жужжал у него в ногах. Он охотно признал экспертное преимущество решительно настроенных зубастых подростков, занимающихся цирком, чем и как лучше жонглировать, жонглируя при этом апельсинами, и признался, что жонглирует он не блестяще, зато преуспел в том, что хорошо этому обучает.

Для меня Илья стал примером человеческой высоты и простоты. И хочется удержаться от пафоса, говоря о таком непафосном человеке, трудно подобрать слова, чтобы выразить грусть, и подобрать слова соболезнования семье. Это такая потеря, с которой трудно справиться. Пожалуйста, держитесь!

Ольга Поздеева

* * *

Мне довелось познакомиться с Ильей при необычных обстоятельствах — 20-21 августа 1991 года у стен Белого дома в Москве в дни известных событий. В те две ночи было не до разговоров о жизни, но Илья чем-то неуловимым выделялся среди других интересных людей, собравшихся там, и я его запомнил. Потом, в первую годовщину тех событий, мы увиделись вновь на том же месте и разговорились.

Говорили обо всем на свете — он оказался прекрасным собеседником, и в процессе общения выяснилось, что мы коллеги — я к тому времени недавно закончил учиться на программиста. Илья поделился, что он принимает участие в интересном проекте, связанном с компьютерным анализом естественной письменной речи. Он предложил мне посмотреть на их работу и при желании присоединиться.

Через несколько дней я подошел в их фирму. Она была где-то в темном помещении, за старенькими компьютерами сидели несколько программистов — молодых ребят — и увлеченно писали что-то мне непонятное. К сожалению, я не оценил перспективность этого направления и отказался от работы там, но Илья воспринял мой отказ с пониманием и — запомнившаяся мне, казалось бы, мелочь, но которая очень характеризует человека — на прощанье подарил мне банан. Обычный банан, но в 1992 году достать его было и непросто, и недешево.

Больше мы с Ильей не общались. Лишь в старой записной книжке остался номер телефона и запись «Аркадия — разумные проекты». Это та фирма, из которой, как я узнал через много лет, вырос Яндекс. Сообщение о смерти Ильи я воспринимаю как личную утрату — как потерю одного из замечательных людей, на которых держится Россия.

Светлая ему память...

Дмитрий Дьякин, программист

* * *

С Марией я познакомилась «по долгу службы», когда была председателем благотворительного комитета PricewaterhouseCoopers. Мария меня поразила своей хрупкостью и иконописной красотой — и внутренней спокойной силой, а еще тем, что она делала каждый день для детей из детских домов.

Я долго рассказывала своим знакомым о том, с каким человеком я встретилась, какое прекрасное дело делает Мария и как ей можно помочь. Мы помогали по возможности, но оказать реальную помощь волонтерской работой, к сожалению, не получилось так, как задумывали.

Я только сейчас, узнав о смерти Ильи, наконец совместила фигуру ее спокойного, даже чуть стеснительного мужа.

Мои слова сочувствия и соболезнования обращены к Марии: Маша, дай Вам Бог сил и терпения вынести это горе и продолжать жить, распространяя вокруг спокойную уверенность в том, что на земле больше хороших людей.

Людмила Мамет

* * *

Я — директор строительной фирмы. Мы строили теннисный корт у Ильи Сегаловича дома, в деревне Грибаново. Первое, что меня поразило в первый приезд к нему в дом, — это количество детей.

Только спустя недели две я узнала, кто этот человек, чем он занимается.

Сколько он сделал добра!!!

Олеся Кожевникова

* * *

Первый раз я встретил Илью на лекции на Физтехе в 2006 или 2007 году. Я, как и ряд других физтехов, опоздал к началу, поэтому, когда я вошел и тихонько сел на галерке, рассказ уже шел.

Было очень интересно: много говорил о поиске, технологиях. Было видно, что человек увлеченный. После окончания небольшая группа осталась пообщаться с ним, позадавать вопросы. И один из последних вопросов, который ему задали, был из серии «А кто Вы такой? И чем Вы непосредственно занимаетесь?» Да-да, этот человек, как и я, пропустил начало, когда он представлялся. А Илью в лицо тогда физтехи еще не знали. Не знаю, как сейчас)

На что он добродушно улыбнулся и сказал, что он тот человек, который придумал слово Яндекс. Мы были ошарашены. Просто не могли себе представить, что сооснователь Яндекса вот так просто общается со студентами. Это уже теперь я привык к тому, что Яндекс такой, и что Илья такой, к этой свободе творчества, демократичности, вере в добро, человечность. Но тогда?

Александр Приймак, Яндекс

* * *

Мне повезло. Наши жизни пересекались во многих сферах до того, как мы стали вместе работать: дети учились в одном классе, было участие в конференциях, общие друзья. Но, конечно, когда Илья позвал меня и моих друзей работать в Яндекс и помог преодолеть массу технических сложностей, чтобы наш переход состоялся, для меня началась другая жизнь.

Илья жил работой, Яндексом, и, благодаря его страсти, азарту, харизме было невозможно просто работать. Все старались соответствовать, начинали этим жить. И это не форма речи: совершенно естественно было в перерыве и даже во время рабочего совещания вдруг начать обсуждать детские школьные проблемы или на даче на дне рождения или в антракте в театре неожиданно заспорить о важности отдельных поисковых факторов или правильном алгоритме новостной кластеризации. Не только невозможно было сказать, где заканчивается работа и начинается жизнь (наверное, потому что она никогда не заканчивалась), но благодаря Илье работа наполнялась жизнью. Так ярко, страстно, азартно он ей отдавался.

Илюшина деятельность, направленная на то, чтобы у нас были честные выборы, была продиктована его личным стремлением к справедливости, но тоже носила профессиональный, рабочий оттенок: он предлагал технические решения — алгоритмы, приложения, которые позволят легко, точно и беспристрастно следить за выборами и подсчитывать результаты. Он был предельно конструктивно настроен всегда. И на работе, и в жизни он был готов предложить решение, улучшение и лично принять участие в его реализации.

Когда на одном из митингов за честные выборы к нам подошел молодой человек и предложил подписать обращение против грабительских тарифов ЖКХ, Илья отказался, сказав, что не знает детально, какими должны быть тарифы, в чем проблема и как ее надо решать. При всей его страстности и эмоциональности в Илье всегда бодрствовал специалист, профессионал. Зато когда Илья был в чем-то уверен, он не боялся быть слишком убедительным. Однажды мне пришлось доставать из мусорного ведра свою «Нокию» после того, как Илья наглядно объяснил мне, что я недостаточно думаю о развитии новостей и поиска для смартфонов и тач-устройств, потому что сам пользуюсь устаревшим кнопочным телефоном.

Мне повезло: я довольно много общался с Ильей и по работе, и не только. При этом этого общения не могло быть много: если Илья звал поехать вместе на конференцию, выступить на круглом столе, помочь на переговорах в командировке, просто звал с детьми на дачу — отказать было невозможно, и не хотелось. Отдельная удача — это возможность поговорить в дороге (в машине или в самолете), когда ничто и никто не отвлекает. Ради этого не жалко было, например, доплатить за бизнес-класс и остаться без четырех часов ночного сна от Москвы до Цюриха.

Про Илюшу можно говорить самые разные замечательные слова, и они будут правдой. Но для меня основное в нем — это любовь. Любовь к работе, ко всему, чем он занимался, любовь к людям, с которыми он работал. Любовь, для меня парадоксальная и необъяснимая, к тем и к тому, что с ним спорило, воевало, было не согласно, что он был готов исправить, чему готов был помочь стать лучше.

Илья и его жена Маша — очень красивые люди, у них очень красивые дети, человеку со стороны, который оказывался в их семье, было удивительно, насколько там все проникнуто любовью, насколько это мощная движущая сила, она ощущалась почти физически. Так же явственно ее можно было почувствовать на публичных его выступлениях, на больших презентациях в Яндексе, на маленьких рабочих совещаниях. Его любили очень многие, и те, кто знал его давно и хорошо, и те, кто сталкивался с ним совсем мало. Моя семилетняя работа в Яндексе, самое счастливое и содержательное время в моей профессиональной жизни, стала возможна благодаря Сегаловичу и с ним неразрывно была связана. Я необъективен, нерепрезентативен, могу ошибаться. Но я уверен, что Илюше удалось сделать из Яндекса корпорацию любви. Любовь к работе, к тому, чем занимаешься, любовь к тем, с кем работаешь, любовь пользователей как основная цель, как основной критерий оценки продуктов и сервисов — в этом феномен Яндекса, феномен Сегаловича.

Яндексу тяжело будет дальше без сердца. Но Илья оставил рецепт успеха и большой заряд энергии и любви. Всем надо стараться соответствовать.

Лев Гершензон

* * *

Илья всегда был открыт для новых знаний и их применения. Интересен такой случай: в 1980 году мы с Ильей были на в олимпиаде по математике. Между первым туром и вторым, когда все отдыхали или гоняли футбольный мяч, мы приняли участие в обучающей игре. Каждый загадывал свою тему в математике и объяснял ее тем, кто ее не знал. Один из старшеклассников загадал бином Ньютона, а мы еще не проходили его, вот нам кратко о нем и рассказали...

Во втором туре Илья решил задачу, применив бином Ньютона, что было оценено как решение лучшее, чем у автора задачи. Илья тогда занял первое место на олимпиаде.

Аскар Бекбасаров, одноклассник

* * *

Я с ним познакомился двенадцать лет назад. Ему было 36, он был техническим директором одной из самых известных фирм России, а я был студентом, и мне было двадцать, и он почти сразу же, спускаясь в метро после одного из первых семинаров Центра лингвистической документации, заговорил со мной на «ты». Рассказывал про выдачу Яндекса, про то, что кто-то умело поставил гиперссылку так, что на запрос «жопа» выдавался первой ссылкой официальный сайт А.Г. Лукашенко. Про отца, который занимался движением тектонических плит, когда это была «буржуазная лженаука», а потом произошла научная революция. Он очень гордился своим отцом, которого брали на самые престижные американские геологические конференции.

Это один из самых сильных умов, с каким был я знаком. Мощный мозг, и при этом ничего демонического. Он моментально вычислял сложности, сроки, распределял этапы работы на «итерации», анализировал политические новости и т. п.

Мы тогда начинали делать Корпус, и исключительно личная, политическая воля Сегаловича — решающая причина того, что он есть. Илья очень подробно всё обсуждал, с интересом участвовал во всех семинарах. Они происходили в Яндексе. «У нас нет цербера на входе — а есть девушка, которая предлагает всем булочки». Маленькая переговорная вроде студенческой забегаловки, всё запросто. Это их первый офис, на Вавилова. Как-то я пришёл в выходные, там было заперто, я позвонил на мобильник: «У меня Яндекс не открывается».

Потом всячески поддерживал и рекламировал в блогах, «хабрах» и прочих айтишных местах новое начинание. Никто не понимал, зачем Яндексу это нужно. Тогда мы начали снятие омонимии. Не было никаких грантов, программ и т. п. И интерес был неослабевающим все эти годы, и помощь колоссальна.

Про его общественную деятельность все знают. Помню сияющую фотографию вместе с женой, стоявшую у компьютера во всех офисах — и на Вавилова, и на Яузе, и на Льва Толстого.

Пусть он здесь, в посте, будет таким — на мгновение задумавшимся во время обсуждения.

Дмитрий Сичинава, Институт русского языка РАН

* * *

Уход Ильи — огромная потеря для всех нас, кому посчастливилось работать с ним вместе, учиться у него и заражаться его пламенным стремлением сделать жизнь вокруг лучше.

Он всегда задавал высочайшую планку, рядом с Ильей всегда было понятно, кто мы и зачем мы: команда единомышленников, мечтающих создавать и совершенствовать нужные людям вещи. И Илья всегда был впереди, звал за собой, не позволяя остановиться и самодовольно успокоиться на достигнутом.

Я думаю что компания, которую он создал, вслед за ним приобрела эти черты, стала командой немножко идеалистов, местом, где ценятся честность, искреннее желание совершенствоваться самим и менять мир вокруг.

Огромное соболезнование семье и близким Ильи, мы скорбим вместе с вами. И с нами всегда будет частичка Илюшиных мечтаний, стремлений, человечности и прекрасной созидательной силы.

Галина Тихончук, Яндекс

* * *

Я успел познакомиться с Ильей менее чем за год до его смерти, на питерском стартап-форуме. Я так был впечатлен, что подошел к нему и сказал: «Я никогда не хотел работать в Яндексе, но под ваше начало пошел бы». Но он, улыбнувшись, отправил меня к своему помощнику, сказав, что тот поможет с трудоустройством в эту компанию, но вряд ли к нему, потому что он себе сотрудников не набирает. Я, конечно же, не пошел к помощнику. А Илью запомнил на всю жизнь. Такие люди меняют наше настоящее и будущее. Светлая ему память!

Николай Ланец

* * *

Я один раз видел Илью, и не забуду это никогда. Я представить не мог, что такой великий человек может быть таким скромным. Я много слышал о нем, много читал о нем, но не знал его в лицо. И, когда во время конференции докладчик со сцены перенаправил вопрос к Сегаловичу (а он стоял в зале прямо около меня), я с изумлением посмотрел на него. Я и подумать не мог, что человек, который ходил по залу и передавал микрофон, — это и есть Сегалович. Я был поражён! Это мгновение я не забуду никогда. Он перевернул во мне представление о скромности. Очень жаль, что Бог забирает у человечества таких людей (он, Джобс), они еще много могли сделать для всех!!!

Даниелян Арман

* * *

Это был один из немногих людей, которому я мог бы дать характеристику сразу: целеустремленный человек, с которым можно дружить и работать.

Человек великой энергии и цепкого ума. Илья произвел на меня впечатление сразу, редкий случай. Мы говорили с ним о разных вещах, близких мне — о праве, о математике, современных технологиях. И всегда плодотворно.

Андрей Бузин

* * *

Как-то на одном из мероприятий для стартапов среди экспертов был Илья. Основная часть мероприятия заключалась в том, что эксперты сидели за несколькими большими столами и по очереди по паре минут общались с начинающими предпринимателями, стараясь понять суть проекта и дать дельный совет. Значительная часть стартаперов выступала с откровенно бредовыми идеями, даже не пытавшись проверить придуманные ими факты поиском в Яндексе. Некоторые участники говорили бессвязные вещи. Хотелось встать и уйти, а никак не разбираться в том, что же они говорят. Однако Илья подавал пример — каждого человека, даже с безумными идеями, он слушал так, как будто тот открывает тайны мироздания. И каждому с доброй улыбкой он давал совет, иногда просто предлагая читать книги. Теперь, когда приходится сталкиваться с людьми, чьи идеи кажутся бредом, я каждый раз вспоминаю Илью, внимательно слушаю и пытаюсь найти что-то полезное.

А однажды, в ответ на какой-то мой недоумевающий пост в блоге про какие-то непонятные события, Илья прислал мне ссылку на то, как надо читать новости, чтобы понимать, стоит ли верить прочитанному. Ту ссылку уже и не вспомнить, а некоторые идеи я использую до сих пор. И каждый раз мне вспоминается Илья. Думаю, что он улыбался, отправляя ту ссылку...

Гайдар Магдануров, Runa Capital

* * *

Илья — «Остап Бендер» от программирования, дух здорового аферизма помогал ему генерировать сотни тысяч гениальных идей.

Имея общую очень странную с ним компанию для общения, всегда удивлялся разносторонности его интересов. Ему было интересно и банковское дело, и литература, и политика, и космонавтика — всё это и не только это образовывало этого сложного человека, способного убедить любого делать то, что ему хотелось получить, именно так, как он себе это и представлял.

Кирилл Хаттоев

* * *

Быть с Ильей в одной компании целых 10 лет — само по себе большая удача. Но мне повезло вдвойне — довелось работать с ним не над интернет-сервисами, а над тем, каким Яндекс должен быть как место работы, как организация, как работодатель для инженеров.

Во всём, что мы обсуждали, Илья излучал бесконечные гуманизм и любовь к людям. Ему было крайне важно, чтобы любому сотруднику в Яндексе было хорошо — но не пресыщенно, а просто комфортно. Илья во всем проповедовал умеренность, не любил излишеств и напускного, открыто порицал даже самые лёгкие проявления снобизма в коллегах. Сам всегда сидел в open space на самом проходе, всегда готовый поговорить с любым, у кого возник вопрос. Настаивал, чтобы все сотрудники пользовались равными льготами и возможностями: и в столовой, и на парковке, и в праве на перелёт бизнес-классом не должно быть никакой «цветовой дифференциации штанов».

Илья говорил: «важно не на что ты способен, а что ты сделал», «не бойтесь нанимать сотрудников умнее себя», «здесь принято убеждать, а не приказывать» и «не убедил — значит, оставляем как есть, даром что я начальник». В принятии решений ценил широкий консенсус. Илья искренне верил, что без полной демократии в работе не добьёшься успеха ни на каком исследовательском фронте. Особенно если всерьёз конкурируешь с мировыми гигантами.

Жаль, что Илья не преподавал. Любая бизнес-школа немало отдала бы за лекции о том, по каким принципам построена компания «Яндекс» и как удалось воплотить эти принципы в жизнь. Многим российским компаниям было бы полезно перенять у Яндекса заботу о сотрудниках, как один из главных принципов работодателя.

Но даже внутри компании Илья не читал лекций об управлении — только о поиске. Он считал себя инженером, а не менеджером. И просто брал и делал так, чтобы всем в компании было хорошо.

Денис Юркин, экс-Яндекс